Пикап в Турции: развлечения русских Guest Relations

Остросюжетный русско-грузинско-турецкий сериал о похождениях Guest Relations в легендарном «Джустике». Продолжение

Краткое содержание первой серии: «Джустик», отель-монстр в турецкой Анталии, просыпается весной 2013 года. Девичья Банда Фыстыков с фронт-офиса притягивает голодные взгляды мужчин. Харизматичные, молодые и не очень, аниматоры, музыканты, бармены и торговцы будоражат воображение девиц. В отеле воцаряется Идея Секса. Ваша непокорная ударяется во все тяжкие, сначала соблазнив и бросив девственника Кудряша, а потом сведя с ума опасный полубандитский элемент Бабюра Шрека. Неожиданно плотину разума пиратки Нади срывает темный эльф Тбилиси — мальчик-давалка Гела Зажигалка. После безумной отельной дискотеки парочка встречается на Пляже Любви и Печали.

Карикатура: секс на пляже в Турции в блоге Бумагомарака

Вторая серия. Затишье перед бурей

 

Читать:

Первая серия. Начало

Первая серия. Окончание

 

— Давно этого хотела? — спросил меня Гела, когда мы лежали на прохладном песке Пляжа Любви и Печали и смотрели в фиолетовое небо.

— Да, я думаю о тебе несколько дней подряд, — ответила я.

«Еще бы! Ты сделал все, чтобы сбить меня с пути истинного!»

Я набросилась на него, как тигрица! Рывком расстегнула пуговицы на черной рубахе и нырнула в жар тела молодого паяца — и миллионы маленьких фейерверков вспыхивали на золотистой коже Гелы под моими пальцами.

Шелк графитовых волос, тепло грешных губ, безупречная твердость мышц, умопомрачительный темп, с которым он погружался в меня. Таким оказался «темный эльф Тбилиси» в моих объятиях на Пляже Любви и Печали.

От такого великолепия я даже забыла там пивной бокал из ресторана Биттешона. Не обессудь, аби*.

 

Часть I. Пляж Любви и Печали

 

Если спуститься к морю в стороне футбольного поля «Зеленого городка», то вы попадете прямиком на этот пустынный кусок побережья.

Серая полоса метров в 50 шириной тянется от скалистого мыса далеко вдаль, свиваясь в невидимую нитку где-то в Ореншехире. Пляж каменист и и порядком замусорен, но именно там регулярно случаются тайные грешки и работников, и постояльцев «Джустика». Там люди прячутся от проблем и от себя. Грустят, глядя на море.

Пляж терпеливо сносит пощечины. Не плачет. Не смеется. Прибой смывает всю накипь с живых душ.

***

Когда скука интрижки с Кудряшом, росшая плотной опухолью в моей душе, достигла пределов, я назначила ему свидание на Пляже Любви и Печали.

Мемоли явился в черном, с набриолиненными волосами и мутным от выпитого алкоголя взглядом. Во взгляде плескались недоумение, злость, надежда, боль, желание и подобные ингредиенты. Сидя на краю одиноко брошенного на берегу катамарана, мы смотрели на море.

— Я думаю, у нас ничего не получится, — сказала я прямо.

— И это все? — спросил он. Влажные глаза, покрасневшее лицо — «Пора быстро сматываться!».

Потом мы еще долго говорили, и я думала, что поступаю честно, раскладывая перед ним разумные и логичные аргументы. Он же думал, что я развлеклась и забыла его, следуя правилам съёма в отельном райке с одноразовыми чувствами:

— В вашем туризме все порочно. Все грязно. И меня ты испачкала!

Он был прав, черт побери! Утолив спортивный интерес, встала, отряхнулась и пошла дальше, а у парня — первая рана на сердце и выплюнутые сгоряча в спину грубые слова.

***

Ночь. Шум волн. Зелено-голубые огни ресторана Биттешона. Музыка, льющаяся над морской гладью.

На Пляже Любви и Печали я пила пиво в компании своего грозного ухажера Бабюра Шрека. Почти на том же самом месте.

Он рассказал о том, что родная мама ушла из семьи и бросила его с братом. Отец женился второй раз. Мачеха, по традиции, не смогла завладеть сердцем мальчишки. Стало ясно, почему Шрек завалил дом горами игрушек и буквально задушил меня щедростью.

Он, как вихрь, ворвался в мой устоявшийся свободолюбивый мирок, сотрясая его до фундамента. Излишек беспокойства, излишек заботы, излишек подарков. ИЗЛИШЕК. Попытка заслужить одобрение «мамы».

Мы пили пузырящийся янтарь «Эфеса», шутили и смеялись — как два хороших друга.

«Тот ли это человек?»

Ответом мне было полное отсутствие всякого присутствия возбуждающих электровспышек в голове и бабочек — в животе.

Нельзя убедить себя в наличии того, чего нет. Нельзя сидеть на берегу с мужчиной в то время, как все твои мысли в злополучном ресторане Биттешона. Там, где ночами отдыхает от трудов праведных другой персонаж нашей трагикомедии.

***

На Пляже Любви и Печали я выпила волшебный эликсир — коктейль Sex on the Beach. Улучшенная формула.

Вот она.

Возьмите немного южного солнца, добавьте каплю романтизма, приправьте горечью сексуальной неудовлетворенности, сдобрите изрядной порцией тщательно подавляемой фрустрации и мимолетных полуосознаваемых признаний себе в том, что ТЫ ХОЧЕШЬ ЕГО, О ДА, ДЕТКА! И весь этот взбитый в шейкере безумного туристического конвейера микс украсьте сверху вишенкой — солнечным мальчиком, волшебным существом из фэнтэзийного мира, сошедшим с картин Валеджо**, чтобы сводить с ума.

Пейте медленно, не подавитесь косточкой. Рекомендуется употребить на Пляже Любви и Печали, позабыв в этот момент все границы и рамки, удерживающие вас «в колготках». А потом старайтесь не слишком шокировать окружающих бездной счастья, льющейся из ваших затуманенных глаз.

***

На Пляже Любви и Печали «эльф» раскрыл интерес своего «братишки» блондина Биджо к моей персоне, когда мы просто лежали на песке:

— Он спрашивал про тебя еще в начале сезона, я ответил: «Да, хорошая девушка»…

И это не самый последний паззл в общей картине последующих катастрофических событий. Зря не придала ему значения тогда.

***

Пляж поглотил все: и горечь Кудряша, и пивную вечеринку Шрека, и вершину наслаждения юного Гелы. Хотя, конечно, если хорошо прислушаться, можно уловить отголоски в непрерывном танце атомов береговой гальки.

 

Часть II. Лучше бы он был геем

 

Я возвращалась с пляжа в полупрострации-полунирване. Внутри меня рвались фейерверки! Дискотечный хмель выветрился, и пятки прям-таки отскакивали на ходу от земли.

На ресепшен «Джустика» уже заступила ночная смена. За деском скучала Саша. Когда она увидела мои глаза, то сразу все поняла:

— Надиии! Ты выглядишь такой счастлииивой..!

Я была счастлива. Саша была счастлива.

«Джустик» был сыт.

Похмелье всегда приходит позже, но в момент «сбычи» мечты мозг отключается.

В течение всего дня меня потряхивало от эмоций. Во время смены способность к концентрации упала почти до нуля. Я скакала по лобби, как возбужденная кошка, обожравшаяся валерьянки.

Ночью к концу смены я узнала, что на пляже мы были не одни. Параллельно нашей баталии там бушевал еще один ураган страстей.

В лобби мне на шею упала туристка Элиза, шикарная блондинка из Москвы и настоящая авантюристка.

— Я такая счастливая! — выдохнула она мне в ухо.

— И я! Мне так стыдно: ночью на пляже…

— А я знаю! Я тоже там была! — довольно сообщила Элиза.

Так я узнала, что ей отдался ни кто иной как кузен Гелы смазливый малыш Гия Хоббит.

Пляжем рулила грузинская диаспора «Джустилиано Хотэл». Даже туркам было далеко до шустрых молодых кавказцев.

— Пока я не узнала про вас, я думала, что Гела голубой, — заговорщицки шепнула моя товарка по ночным делам. — Все эти его томные движения и бархатный голосок…

Тысяча чертей, лучше бы он был чертовым голубым! Тогда мне удалось бы избежать катастрофических последствий пляжного романа.

Я не могла выбросить «эльфа» из головы.

 

Часть III. Гела

 

С Гелой мы познакомились в марте, болтаясь без дела по сырым и холодным тропинкам «Джустика». То было время обедов в столовой для персонала и полноправного владения баром «Лепесток Розы».

Он показался нам с Сашей болтливым, поверхностным и влюбленным в самого себя: типичным аниматором.

Постоянно на позитиве, непрерывной танцующей походкой он передвигался по пустынному отелю, рассказывал странные истории из своей жизни, и можно было сделать вывод, что этому парню не меньше 25-26 лет. Оказалось — 22.

Гела выглядел зрело.

— Глубокий он, — прокомментировала однажды гагаузка Иванна, моя напарница на гест рилейшенз.

Вкалывая, как раб, в турецкой анимации, Гела быстро превратился в «негра» с ослепительной улыбкой и огненным взглядом. Он носился, как торнадо, по всему «Джустику», не отдыхая ни минуты, играл с многочисленными детишками, наряжался в женские платья и вышагивал на каблучищах на вечернем шоу, развлекал полупьяных и в стельку пьяных туристов. Вечерами Зажигалка пил вместе с ними в баре «Приют греха». Еще он направо и налево предлагал свою помощь.

В начале сезона на фронт-деске бывало нелегко. Девчонки учились стрессоустойчивости на практике, многое не получалось сходу, туристы заезжали самые невероятные, атмосфера в лобби порой накалялась до предела.

В память врезался один момент. Во время очередной изматывающей смены я  стояла выжатая за стойкой ресепшена, решая очередные проблемы скандальных постояльцев. Не хотелось никого видеть.

Мимо шел Гела. С черными кругами под глазами, одетый в измятую аниматорскую футболку. Он бережно взял мою руку и, глядя мне прямо в глаза, поцеловал ее и серьезно сказал:

— Не переживайте.

Я ничего не ответила, но в душе его короткая фраза отозвалась легким резонансом изумления. Словно какая-то тонкая мутная пелена спала с глаз, и приоткрылась дверца в новый удивительный мир.

Дальнейшая картинка сложилась постепенно, как паззл: доброта, любовь к детям, принципиальность. Кроме того, «эльф» знал о своем сладко-пряном обаянии и умело им пользовался.

Недостающие темные участки паззла легли в общую картину гораздо позже.

***

Из России к парню приезжала подружка, молоденькая русская девочка. Я тогда спросила у Гелы, почему он такой уставший, ведь «надо радоваться, девушка приехала».

— Вот именно, — сказал он. — Я уже просто не могу…

Ответ позабавил, и я забыла тот случай. Лишь когда мы с «фыстыками» обсуждали свежие новости «Джустика» на одном из лобных мест, я обронила:

— Его девушке повезло.

Все посмеялись и перешли к другим сплетням.

***

Спустя время, не по сезону грозовым вечером, мы собрались в нашей девичьей комнате в ложмане выпить турецкого фруктового вина. В лобби отеля случайно подцепили Зажигалку и потащили с собой. Помню, он мастерски произносил цветистые грузинские тосты, веселя наше маленькое уютное собрание, пока за окном стучал дождь.

Было в молодом кавказце что-то противоречивое.

В одном человеке невероятным образом уживалось два персонажа. Один — человек-«энерджайзер», с лица которого не сходит улыбка. Второй — серьезный и даже иногда мрачный тип, с трудом поднимающий на вас усталые глаза и не воспринимающий ни юмора, ни сарказма, ни флирта.

Параллельный мир Гелы затягивал. Он стал окном в другую реальность: загорелый «эльф» без лука и стрел, но с раскрашенным лицом грустного клоуна. Каждый его взгляд — рентген, каждое слово — откровение, каждое движение — соблазн.

Гела — водитель ритма сердца живого отеля-монстра.

Карикатура: работа аниматором — легко или нет

***

Та гроза была предвестием.

Медленно сгущались тучи и над моей бедовой головой. В состоянии безбрежного счастья я тем не менее чувствовала приближение чего-то огромного и страшного.

Я спряталась в укромном месте под раскидистым деревом за ржавой трибуной отельного стадиона с нетбуком и писала очередной пост в блог, глядя на ресторан Биттешона. В голове крутилась муть на тему, что все в нашей жизни происходит по определенным причинам, ведущим к определенным последствиям. Есть место и радости, и скорби.

Почему-то я написала тогда:

«Даже если меня затопит волна горечи и боли, я никогда не буду сожалеть о пережитом восторге».

 

Продолжение следует…

 

Схема локаций «Джустика» — здесь

 

*  турецк. abi, сокр. от ağabey — старший брат; употребляется как уважительное обращение к мужчинам старшего возраста

** но не с тех, на которых изображены качки, рвущие драконам пасти, а с тех, где какие-то невероятные существа ласкают красивых женщин

||||| Like It 4 |||||

Добавить комментарий

Войти с помощью: