Как организовать побег из тайского отеля

Я не вернусь на остров Ко Чанг. Я четко осознала это, когда отчаливал мой последний паром на материк. Пыталась вспомнить все хорошее, что произошло со мной на острове, надеялась, эти воспоминания будут греть меня в далекой холодной дали, а сейчас задумалась и поняла: нет, даже лучшие моменты Ко Чанга я нечасто достаю из хранилищ памяти.

 

Карикатура: отказ от тайского ПМЖ и побег с Ко Чанга

 

В день Сонгкрана, тайского нового года, почти весь персонал Ивы Резорт, мокрый до нитки, тусовался на дороге перед отелем. Поливали нас, поливали мы. Находчивый затейник менеджер F&B индиец Ааруш опрокинул на меня ведро воды со льдом, моя униформа вымокла и висела тяжелым мешком. Монументальная фигура генерального менеджера кун Нуно весело приплясывала рядом, сжимая в руках разноцветный пластиковый водный пистолет. С каждого проезжающего мимо тайского пикапчика лились потоки воды и бодренькой музыки.

Или однажды вечером в лаундж-баре «Космополитан» неожиданно сам собою случился стихийный корпоратив коллектива Ивы. Помню, я и филиппинка Мари Лу начали с пары кружек пива, потом откуда-то появились все остальные: и ресепшен, и официанты-филиппинцы, и хаускиперша Марион, и вездесущий безденежный бармен Дениска, и даже сам оперейшен менеджер, он же тайный бойфренд Мари Лу индиец Мохит. Коллеги изрядно накидались и скакали на танцполе, залитом фирменным зеленым светом «Космополитана». В какой-то момент посреди этой разнузданной вакханалии напротив меня оказался… турок. Чёрт побери, живой турок в Таиланде. Он что-то о себе рассказывал и даже угостил пивом. Вечеринку подстёгивала мысль о завтрашнем утреннем медосмотре. Пить было нельзя, поэтому пили все. Наутро тайский медбрат смерил мой рост, оказалось, я ссохлась на два сантиметра, или это он, гад, занизил намеренно.

Ярким пятном перед глазами пронеслась рыбацкая деревня Салакпет в одноименной бухте. Яхта «Мистера Куя» выходила на круиз с ее причала. Там было много ветхих лачуг, стоящих в морской воде на сваях, друг с другом их соединяли сомнительными переходами деревянные мостки и лесенки. Узенькие улочки, сбившиеся в стаю домишки и многочисленные ряды сувенирных и рыбных лавок являли крайне живописное зрелище. Я обнаружила весьма милых хэндмейд-сов самых разных видов и назначений. Правда, не купила. Я так и не смогла вернуться в Салакпет после единственной прогулки на яхте «Мистера Куя».

Из гастрономических теплые воспоминания остались лишь об огромных аппетитных гамбургерах в «Философе» и широком ассортименте тайских холодных чаёв и кофеёв в пакетах. Они прекрасно оттеняли однообразную еду столовки для персонала.

Будете на Ко Чанге — отведайте бургер в «Философе» и передайте привет официанту-трансику.

Однако мое лирическое отступление затянулось.

Итак!

 

Начни планировать заранее

 

Было много причин, заставлявших меня думать о побеге задолго до того, как он случился. Я не чувствовала себя комфортно с тайцами. Неприкрытый национализм  и стремление помыкать фарангами вызывали отторжение. Безразличие к «белым», перспективы постоянных «виза ранов» — еще пара жирных мазков к картине тотальной утомленности.

Напрягала необходимость продавать гостям отеля туры. Ну, не давались мне активные продажи.

Столовская еда — дикий контраст пресного риса и невероятных горько-кисло- острых блюд — буквально через неделю перестала лезть в горло.

Холодный душ — брр. Пусть и в адском климате Сиама, но все-таки неприятен. Приходилось подгадывать время, когда солнце слегка прогревало воду в трубах — так можно было быстро, задержав дыхание, помыться «парным молоком».

Виктор Дыба и другие периодически пугали меня гигантскими сколопендрами. До сих пор дрожь пробирает оттого, что я могла ЭТО повстречать. К счастью, миновало.

Фото гигантской сколопендры рядом с линейкой

 

Все волшебным образом толкало к решительному шагу.

За месяц до побега я уже знала, что сделаю это. Когда начальник отдела по работе с гостями Витя Дыба рассказывал о моем следующем «виза ране» в Лаосе, я продумывала план побега.

Часом Икс эвакуации с Ко Чанга был назначен момент получения зарплаты. Я согласилась даже отработать два-три дня бесплатно после, лишь бы не нарушать режим секретности.

 

Соблюдай полную конспирацию

 

Это в России можно и даже нужно предупредить всех заранее о своем уходе. Две недели отработать, все такое.

В хитрожопом Тае честность сослужит плохую службу.

Когда русская девочка, работавшая в Иве Резорт на гест рилейшенз до меня, сообщила администрации, что пакует чемоданы и сваливает на Сейшелы, ей запретили ходить в столовую персонала.

Я решила молчать, как партизан. Поначалу продолжала отрабатывать свою зарплату, улыбалась и разговаривала с гостями. Стало проще воспринимать бесноватого Дыбу и подверженного перепадам настроения кун Нына. За оставшееся время удалось даже провести для одной русской пары обзорную экскурсию по всему острову и погулять по мангровым зарослям (не зря же ехала на тропический остров!).

Держалась стойко. Не раскололась даже тогда, когда домой засобирались неугомонный бармен из Молдавии Дениска, хаускиперша филиппинка Марион и миниатюрный работник нашей рецепции Той (этот, правда, позже и по причине поступления в вуз).

О моих коварных планах знала только Мари Лу, доверившая мне свой секрет об отношениях с менеджером Мохитом.

 

Сохраняй спокойствие…

 

После покупки организованного трансфера Ко Чанг — Бангкок я еще несколько дней приходила на работу в отель. Помню, Виктор Дыба тогда сказал мне, мол, поедешь в Лаос за визой, бери сразу на полгода, чтоб потом сто раз не ездить. До этого он систематически применял тактику запугивания и угроз увольнением, приправляя рефреном «А что в Рашке будешь делать?».

Билет грел мне душу и карман. Параллельно я бронировала авиабилет и подыскивала уютный гестхауз в центре столицы Сиама.

Администрация гостиницы и не помышляла о заключении трудового договора. Не заботило кун Нуно и оформление разрешений на работу для фарангов.

Посвященная в мои планы филиппинка Мари Лу больше меня сожалела о том, что я «попала не в тот отель» и рассказывала, «как хорошо работать на Пхукете».

Заработанные деньги я потратила на шмотки, бижутерию и целебные бальзамы. Маме шляпу купила. Шляпу из Таиланда. В сущности, классический случай, иллюстрирующий поговорку «С паршивой овцы хоть шерсти клок».

Черной «змеиной» мазью мы дома до сих пор врачуем хондрозы и артрозы. Шляпа тоже пришлась родительнице по вкусу. Все сложилось, как нельзя кстати.

 

…и беги, не оглядываясь!

 

Сам побег из стафф хауса* в самом своем начале содержал один щекотливый момент. Путь из общежития до остановки трансферного минивэна пролегал в опасной близости от входа в Иву Резорт. Моя конспирация могла быть разрушена одним неосторожным взглядом не в ту сторону.

Набравшись отваги, я на максимально возможной скорости помчалась, нагруженная тяжелыми сумками со шмотками, бальзамами и шляпой. Уже в восемь утра над островом парило, и пот лил в три ручья. Задыхаясь, я преодолевала «стометровку» к свободе в надежде, что никто из ключевых сотрудников Ивы не окажется на моей дистанции с возмущением и потоком вопросов.

Мне повезло. Фортуна любит авантюристов и покровительствует смельчакам.

 

Напакости под конец — побархати душу

 

Накануне дня Великого Побега я ушла с работы в середине дня. Дыба в тот день не пришел на смену, а обстановка была до того невыносимой, что терпеть долее сие издевательство не представлялось возможным.

В тот день кун Нын хотел о чем-то со мной поговорить. Он, как обычно, в своей импульсивной манере сообщил о желании пообщаться и куда-то убежал. Подозреваю, это было связано с новой сотрудницей гест рилейшенз — тайкой, обладающей, кроме прочих, таким неоспоримым достоинством как неплохой разговорный английский.

А, может, и нет. Я уже никогда этого не узнаю, ибо, к счастью, избавила себя от необходимости досиживать в нелюбимом лобби до конца смены.

Вместо этого я отправилась на пляж Кай Бэй, отключив звук на телефоне.

Потребовалась пара часов времени, прежде чем до них дошло, и Дыба начал звонить. Его пропущенные пульсировали на экране мобильника и постепенно растворялись в небытие.

Я дышала воздухом Сиамского залива, памятуя про «паршивую овцу», и наслаждалась свободой. Проводила последний закат на Ко Чанге. Кажется, он был так же неотразим, как и все другие до него.

А на следующее утро на «стометровке» от стафф хауса до трансфера я попутно выбросила отельную униформу в мусорный бак другого гестхауза. Из моей первой зарплаты за нее вычли депозит 1000 бат — этим занималась высокомерная кадровичка с выбеленным рыбьим лицом. Повинуясь требованиям полной конспирации, я не могла отдать синие жакеты обратно, но и красиво разложить их на кровати в комнате я тоже не могла. К слову, даже ключ от комнаты не достался врагам: дубликат мне сделал Дыба на свои деньги, и тайская «сабайная» администрация не имела на него никаких прав.

Та мерзкая кадровичка как-то раз пыталась подвести мне брови. Мне. Брови.

— Так будет суай! — уверяла она с насмешкой.

Мне кое-как удалось избежать экспериментов с подводкой, но, разумеется, я не забыла ее попытки превратить меня в размалеванную тайскую-куклу-белое-лицо-угольные-брови-смуглая-шея.

В несколько эмоциональном жесте отправки ключа и униформы в помойку читалась легкая примесь личной мести непробиваемой тайке.

На пароме, несущем меня на материк, я посмотрела на остров последний раз, и в голову пришли такие мысли:

«Прощайте, чилауты и шоу уродливых трансвеститов, дёрганый Нын и быдло Дыба, прощайте, несъедобная еда, насекомые с коня и парниковый эффект отельного лобби! Прощай, Ко Чанг! Я СЮДА НИКОГДА НЕ ВЕРНУСЬ!»

 

Насладись свободой

 

А потом в Бангкоке, пока три дня ждала вылета на родину, я даже не вспоминала об Иве Резорт. У меня был милый гестхауз в центре города с очаровательной хозяйкой, леди преклонного возраста, исторический форт Пхра Сумен неподалеку и широкая неспешная Чао Прайя. Я разъезжала по многоэтажным торговым центрам, сидела в парке возле форта, наблюдая, как группа престарелых тайцев и таек делает зарядку под музыку, а вечерами гуляла в ковбойской шляпе по Каосан роуд и кушала там баранину масала в настоящем индийском ресторанчике.

Ко Чанг исчез в прошлом, и даже спустя время мысли о нем не вызывают ничего, кроме отвратительных кинестетических флэшбеков о шершавой ткани жакета на потной, вонючей коже и ощущения второсортности среди тайцев.

Ко Чанг в моей жизни оставил след как первое место, в которое не хочется вернуться.

А у вас есть такие места?

* англ. общежитие для персонала; местный жаргонизм-синоним турецкому ложману

||||| Like It 2 |||||

Комментарии

Добавить комментарий

Войти с помощью: